Главная > Творения святых отцов > Феофан Затворник, свт. Душа и Ангел > Рассмотрение свидетельств Слова Божия о естестве душ и ангелов

Рассмотрение свидетельств Слова Божия о естестве душ и ангелов


Переходя к обсуждению мест Св.Писания, в которых новое учение чает видеть опору себе, наперед заметим, что как учение о духовности душ и ангелов не ново, а всегда было в Церкви, то она прибрала для себя места Писания, которые всегда всеми и употребляются, когда приходится говорить о духовном естестве ангелов и душ. Места эти составляют, как говорится, sedes doctrinae. Новое учение и намека не сделало на эти места, как будто не слыхало о них, и никто другой не знает их.

Так, в доказательство духовности души все приводят образ создания человека. Человек создан по образу Божию, образ сей не в теле, а в душе, ибо Бог не телесен. В душе же в чем именно образ Божий? Или в естестве души, или в ее стремлениях, или в том и другом. Но на чем ни остановись из сего, должно признать душу духовною. Если образ Божий в естестве души, то она духовна, потому что Бог есть дух. Если образ Божий в высших духовных стремлениях, то, как духовные явления и действия не могут происходить от телесного существа, а должны происходить от существа духовного, душу опять должно признать духовною, чтобы можно было производить из нее духовные действия, присутствие в душе и необходимая сила которых всеми сознаются.
Все св.Отцы, как мы уже убедились, в создании человека по образу Божию видели неотразимое доказательство духовности естества души. Образ создания человека, надо полагать, и в роде человеческом оставил убеждение в духовности души, которое в язычестве затемнилось и затерялось, – в народе же Божием сохранилось во всей целости и чистоте
Общую об этом веру народа Божия выразил Екклезиаст. Возвратится, – сказал он, – прах в землю, чем он и был; а дух возвратится к Богу, Который дал его. Никто не сомневался и не сомневается, что под духом здесь разумеется душа, как существо невещественное и бестелесное. Это верование, как наследие от народа Божия, перешло и в христианский мир, для которого оно, однако ж, получило особую печать утверждения в словах Господа, заповедавшего не бояться убивающих тело, души же не могущих убить и повелевавшего покланяться Богу Духу духом и истиною.
На последнее место мало обращают внимания, между тем оно очень решительно в занимающем нас споре. Чтобы кланяться Богу духом, надобно быть духом. Если даже под духом разуметь здесь только одно духовное обращение к Богу, т.е., указание не на естество души, а на духовные действия, от нее исходящие, подобно истине, то и в этом случае заключение будет одно и то же: что душа должна быть духом, ибо духовные действия, так обязательно Господом возлагаемые на душу, не могут исходить из тела, как ни будь оно тонко. Толковать это слово другим каким образом не допускает сочетание, в каком оно стоит здесь. Оно приложено здесь и к Богу, и к душе. Если в отношении к Богу оно означает дух чистый, невещественный и бестелесный, то по какому же праву в отношении к душе давать ему другое значение да еще в одном и том же изречении? И, наконец, как тогда им определяется духовное отношение души к Богу на основании чистой духовности Божией?
Таковы прямые указания Слова Божия на духовность души! Духовность естества ангельского, утверждает св.Апостол Павел, прямо именуя их служебными духами, посылаемыми на служение для тех, которые имеют наследовать спасение (Евр.1.14).
Как в приведенной пред сим заповеди Спасителя, слово дух означает невещественное и бестелесное существо, так то же значение имеет оно и в изречении апостола, наученного таинствам веры от Самого Господа. Этими двумя изречениями окончательно утверждается библейское значение слова дух в приложении к дуще и ангелам: оно значит в этом отношении – существо невещественное и бестелесное, так же, как и по отношению к Богу. Посему мысль нового учения, будто между тварями нет духовных существ, противна ясному указанию Слова Божия.
Если в Слове Божием многократно упоминается о явлениях ангелов в видимом теле; то во всех таких случаях они обнаруживали ум и волю, и вообще действовали так, как свойственно действовать разумно свободным, духовным существам.
Образ человека, в котором они являлись, не составляет их самих, а представляет только видимость их явления:, поэтому отнюдь не возмущает уверенности в духовности их естества, как и Богоявления не расстраивают уверенности в духовности естества Божия.
Таковы основания духовности естества душ и ангелов, извлекаемые из Слова Божия учителями церковными! Новому учению следовало бы сначала раззорить эти основания, а потом полагать новые, дабы благонадежнее было потом воздвигать свое здание: но оно этого не сделало. Если можно в обеих брошюрах указать что-либо в этом значении, то это лишь ложное толкование слова дух и неправое применение сего толкования к делу.
Приведенные места Писания ясно говорят, что ангел и душа – дух; новое учение отводит глаза свои от яркости исходящего отселе света истины. Пусть так, – толкует оно, – но духом они называются только как существа тонкие, и все-таки вещественные, – или: но этим выражается только то, что они невидимы для наших телесных очей. Но как такие положения выставляются без всяких доказательств, то их должно счесть не имеющими никакой силы, как все голословные утверждения и отрицания.
Я же со своей стороны нахожу их не только голословными, но и опасными. Ибо, если слово это одинаково и даже в одном и том же месте прилагается и к Богу, и к ангелам, и к душам; то, когда в отношении к сим последним дается ему значение только тонкотелесности невидимой, – мысль неопытная удобно может перенести такое значение и на Божеское естество.
Чтобы не впасть в такое опасное заключение, новое учение не дает никакого руководства, не указывает никакого критерия для различения значения слова дух, при употреблении его в отношении к Богу, и в отношении к душам и ангелам. Напротив, есть в нем такие сочетания речи, которые прямо ведут к такому заключению. Например, в Прибавлении читаем: "Св.Писание и св.Отцы называют и Бога духом, и ангелов, и демонов, и души человеческие – духами. Этим выражается только то, что, как Бог, так ангелы и демоны, и души невидимы для телесных очей наших". Здесь прямо говорится, что и в отношении к Богу слово дух не означает невещественности, а только указывает на невидимость. Невидимость же в другом месте протолкована тонкотелесностью.
Таким образом выходит, что и Бог есть дух только по своей невидимой тонкотелесности. Новое учение напрасно твердит: один Бог есть дух; если мы уже заподозрили его в неосновательности убеждения, то имеем право потребовать у него: укажи нам мудрых учителей, которые бы надлежащим образом понимали слово дух – таких учителей, в которых бы мы не сомневались. А как указать, когда оно говорит, что и Писание, и св.Отцы, употребляя слово дух в отношении к Богу, означали этим только невидимость для очей наших грубых. Других же учителей, несомненно верных истине, для нас нет и быть не может. Вот куда завело нас новое учение!
Навожу все это затем, чтобы яснее стало, как солга неправда себе. Лжи не утаишь: как ни прикрывай ее словоизвитием, она все равно наружу выходит. Слово дух, приложенное в Слове Божием к душе и ангелу в таком же смысле, как и к Богу, прямо в сердце поражает новое учение; потому-то оно и старается отвести удар этот, – но, отводя, наносит себе еще большие учары.
К таким же неудачным отводам должно отнести и другое толкование слова дух, в значении воздуха, ветра, дыхания человеческого. Это толкование приводится затем, чтоб раздвоить и чрез то ослабить и помутить крепко стоящее в уме всех понятие о духе, как существе невещественном. Показания же сии никакой силы не имеют. Точно – слово дух получает иногда и такие значения; но эти значения суть побочные, не собственные. Собственное библейское значение сего слова, как мы видели, есть дух, существо разумное, невещественное и бестелесное. Тоже значение соединял с этим словом и весь сонм св.Отцев, как мы тоже видели.
Понять нельзя, как можно было написать, что "словом дух в писаниях отеческих по современному отцам понятию, недавно утратившемуся (?), всегда именовались газы (газы?! да знали ль тогда про них?) и пары, наиболее воздух, ветер и дыхание человеческое" (Слово о смерти). Это есть обобщение совершенно незаконное, противное и Слову Божию и отеческим писаниям. Эта незаконность принимает и другой характер, когда самому учению новому известно, что узаконить такое обобщение нельзя и когда даже оно само не всегда слово дух употребляет в таких значениях.
Видно, что значение слова дух, так ясно выражаемое в Слове Божием и у св.Отцев, не давало покоя нашему новшеству. И вот оно, наконец, прибегает к последнему убежищу, – истолкованию, откуда взялось самое слово дух, чтобы вывести отсюда, что им не означается что-либо невещественное. "Слово дух, – говорит оно, – взято от дыхания. Дыхание – признак жизни. Душа оставляет тело при усиленном дыхании. С выходом ее прекращается жизнь. Естественно было по сему существо, живущее внутри тела, назвать духом и душою. Душа по выходе из тела невидима; естественно было назвать душу или дух существом невидимым, бесплотным, невещественным. Опять столько же естественно было признать в душе свойственную ей вещественность, обозначаемую особенною полнотою дыхания, при котором она выходит" (Прибавление).
Предлагается гадание о происхождении слов; дух и душа. Но что это происхождение действительно таково, надлежало бы приложить какое-либо основание. По одному только гаданию о сем нельзя возвести его в достоинство истины. Мы имеем другое объяснение, более близкое к существу дела, – не по исходу души из тела, а по входу в него. Что было прежде – издыхание или вдыхание души? Вдыхание. Так не лучше ли производить слова – дух и душа от сего вдыхания? – И лучше и обязательно, по крайней мере для рассуждающих по Писанию и св.Отцам. "Вдунул в лице его дыхание жизни, – говорится в Писании, – и стал человек душею живою". Вот с какой минуты стала известна душа! Св.Григорий Богослов говорит, что "душа есть дыхание Божие" (т.4, стр.240) и что "вложенная Богом жизнь в человека известна под именем души" (там же, стр.158). Вот истинное христианское производство слова душа и за нею – слова дух! Но в таком случае из двух естественностей, выводимых новым учением из своего предположения, по нашему объяснению уместною будет исключительно одна – признать душу существом невидимым, бесплотным, невещественным, каков и Сам Бог, вдохнувший ее; другая же, признающая в душе свойственную ей вещественность, будет уже совершенно противоестественна.
Если таким образом все уклончивые толкования слова дух оказываются решительно несостоятельными, то нет сомнения, что они ни у кого не поколеблют здравого понятия о духе, извлекаемого из Слова Божия и отеческих писаний. Следовательно, приведенные нами доказательства из Слова Божия о духовности естества души и ангелов стоят во всей силе, и покушение нового учения парализовать эту силу таким приемом надо счесть очень неудачным.
Посмотрим теперь, какие места писания само оно ставит в основу свою, или вообще, как оно на основании Слова Божия доказывает себя.
"Священное Писание не излагает отдельного, определенного учения о духах, как о многих других предметах; но вместе с тем учение Свящ.Писания о духах – ясно. Сотворенные духи называются бесплотными сравнительно с нами. "Дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня" (Лук.24, ст.39), сказал Спаситель ученикам Своим, явившись им по воскресении в прославленном теле, обличая и опровергая помышление их, что они видят дух. Сравнение: как у Меня – есть сравнение с человеческою плотью Богочеловека. Св.Василий Великий видит такое же сравнение в словах апостола: наша брань не против крови и плоти, но против духов злобы (Еф.6,12). (Беседа о том, что Бог не есть причина зла)."
"Священное Писание повсюду свидетельствует, что ангелы являлись по собственному изъявлению на то воли Божией" (Прибавление). Вслед за сим приводятся многие из поминаемых в Слове Божием ангелоявлений, именно – жене Маноя, женам-мироносицам, Корнилию Сотнику, Иисусу Навину, Гедеону и проч... Тут же делаются выводы из указанных явлений, которые потом сведутся к тому, что ангелы имеют вид человека, зависимы от пространства и времени, имеют движение, а заключается все так: "Св.Писание, повествуя о явлениях ангелов, всегда изображает их являющимися в виде человеков, и потому учение преподобного Макария, что ангелы суть тонкие тела, невидимые телесными очами, и имеющие такой образ и вид, какой имеет человек в своем теле, основано на постоянном свидетельстве Св.Писания".
Так как этот вывод держится на мысли, что ангелы точно таковы и сами в себе, как являются, – а против этого стоит другая мысль, что может быть они принимают тела, то новое учение эту последнюю мысль и спешит отвести следующим замечанием: "Западный писатель говорит, что духи облекаются в тонкие тела, когда являются человекам. Этого в Писании нигде не видно; не видно и того, чтобы ангелы изменялись при явлении человекам; напротив того. Писание говорит, что Бог отверзает очи человека, когда Ему бывает благоугодно допустить человека до видения ангелов. Падшие духи принимают разные образы ложные, имея на то природную способность. Западному писателю войти бы в рассуждение – где хранятся тонкие тела, в которые облекаются духи для явления человеку".
Вот in extenso, все доказательство нового учения, взятое им из Слова Божия. С первого раза видно, что оно имело в виду только ангелов, оставив в забвении душу человека, созданную по образу Бога – Духа, и что, в отношении к ангелам, оно опирается главным образом на ангелоявления. Пройдем все это доказательство подряд.
"Священное Писание не излагает отдельного, определенного учения о духах, как и о многих других предметах; но вместе с тем учение св.Писания о духах – ясно". Мимоходом заметим, как это Писание, не уча определенно, учит ясно? Где нет определительности, какая же там ясность?
Св.Писание учит ясно и определительно о том, что ангелы существуют, что они суть духи и что посылаются от Бога к людям на помощь им в делах спасения. Но что ангелы, будучи духами, не имеют тела, это прямо не говорится, а выводится из снесения мест Писания. Такое учение для одного может иметь ясность и определенность, а для другого будет неясно и неопределительно, пока он будет ограничиваться при этом одним Писанием. Когда же приложить к этому и учение, постоянно содержимое Церковью, то такое учение о бестелесности ангелов даст ему ясность и определенность решительную.
"Сотворенные духи называются бесплотными сравнительно с нами".
Вот уж об этом нет ни малейшего намека в Писании. И если бы некоторые из св.Отцев, по побуждениям, конечно, безукоризненным, не употребили фразы: сравнительно с нами, – мы и помышления не имели бы о такой сравнительной бесплотности. Что это так – доказывает очень неудачный опыт нового учения подтверждать такую мысль Словом Божиим.
"Дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня, – сказал Спаситель ученикам Своим, явившись им по воскресении в прославленном теле, обличая и опровергая помышление их, что они видят дух... Сравнение: как у Меня – есть сравнение с человеческою плотью Богочеловека".
Решительно непонятно, как тут можно видеть мысль о сравнительной духовности ангелов! Ведь Спаситель по воскресении являлся точь-в-точь так же, как являются ангелы. Как они бывают видимы, и невидимы – тут же, в одном месте, так и Спаситель был видим, например, в Еммаусе и тотчас стал невидим. Как ангел явился, например, апостолу Петру в темнице, двери которой были замкнуты, так и Господь ученикам Своим явился дверем затворенным. Если теперь Господь, когда апостолы, основываясь на этом сходстве явления Его с явлениями ангелов, подумали, что Он – дух или ангел, сказал им, чтоб они не путали Его с ангелом, приводя в основание то, что дух, являющийся ангел, плоти и костей не имеет: то этим показал, что у них совсем нет плоти, даже и такой, какая есть у Него, бывающая видимою и невидимою тут же, по Его желанию. У Него плоть, бывающая видимою и невидимою и являющаяся дверем затворенным, есть Его плоть; Он облечен ею, всегда носит ее, а у духов-ангелов, нет этой плоти, они не облечены ею, не носят ее постоянно, хотя и они тоже бывают видимы и невидимы и являются дверем затворенным. Вот прямая мысль текста! Как уж новое учение тянет его на свою сторону, понять нельзя. К тому же надобно и то сказать, что это место само затруднительно для понимания, само требует уяснения. Надобно наперед определить его мысль, чтоб выводить из него что-нибудь. Ибо непонятно, что это за тело у Спасителя, имеющее плоть и кости и между тем бывающее видимым и невидимым, и являющееся дверем затворенным? И еще, – кого разумел Спаситель под духом, у которого отрицал плоть и кости? Говорит: Осяжите – но и ангелы бывают осязаемы, когда являются.
Можно и вот как думать. Обыкновенно плоть и кости, как есть у нас, не могут являться дверем затворенным. Посему, когда Спаситель говорит о плоти и костях в Себе, их нельзя разуметь в собственном смысле; они имеют здесь значение переносное. Господь хотел сказать, что тело Его имеет стойкость, осязаемость, не есть как бы ничто в воздухе разливающееся. Но, применяя это к являющимся ангелам, нельзя сказать, что они того не имеют, ибо и они бывают осязаемы и действуют на видимые предметы, например, отваливают камень. Посему, вероятно, когда Спаситель говорит: дух плоти и костей не имеет, т.е. дух не имеет стойкости, осязаемости, – то указывает не на ангела, а на призрак. Апостолы подумали, что видят призрак, в воздухе разливающийся, не имеющий никакой стойкости. Господь и говорит им: "Я не таков, осяжите Меня: духа же, т.е. призрака, осязать вы не можете".
Вероятно, и здесь помышление апостолов было то же, какое имели они, когда увидели Спасителя, ходящего по водам. Но если так понимать это место, то из него никакого нельзя вывести заключения, ни относительно телесности, ни относительно бестелесности ангелов.
Ни слова апостола Павла, ни толкование их св.Василием и намека никакого не делают на сравнительную бесплотность духов. Если бы у св.Василия Великого была мысль о сравнительной бесплотности, он прибавил бы к фразе: оно (естество духов) бесплотное – пояснительную оговорку, что эта бесплотность у них относительная, сами же они суть тело. Но так как он этого не сделал, а говорил без ограничений, что естество их бесплотно, значит он признавал его именно таковым, признавал, что духи не только не суть тело по естеству, но совсем не имеют никакого тела.
Мы уже видели полное учение св.Василия, видели, что он признавал ангелов чистыми духами, созданными тогда, когда не было создано ничего вещественного; а теперь ограничимся этим замечанием, чтобы только показать, что в словах: наша брань не против крови и плоти и проч., никакого нет указания на сравнительную духовность духов.
"Св. Писание повсюду свидетельствует, что ангелы являлись по особому изъявлению на то воли Божией"... Тут главное доказательство нового учения. Насколько оно сильно, это мы сейчас увидим.
Все Писание исполнено свидетельствами явлений ангелов, равно в сказаниях о деяниях св.апостолов, о жизни святых святителей, мучеников, преподобных и богоносных отцев, – всюду нередко поминается об этих явлениях. Но всем этим фактам надпись одна: не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение? (Евр.2.14). Так как они затем, между прочим, и созданы, чтобы способствовать нам в духовных нуждах наших, то и посылаются к нам и являются, когда нужно.
О природе же ангелов из обстоятельств их явления прямо вывести ничего нельзя. Ведь нельзя же сказать так: поелику ангелы являлись в телесном виде, то они суть тело. Естественный ход рассуждения в этом случае должен быть таков: ангелы в обыкновенном порядке невидимы, но когда являются к нам, бывают видимы в телесном виде. Что это значит? Это значит, – должно отвечать, – или то, что ангелы, духи невидимые и бестелесные, принимают на себя тело, когда повелением Божиим посылаются к нам, или то, что они носят постоянно, как естественную часть своего состава – тело, способное быть видимым и невидимым, осязаемым и неуловимым, или, пожалуй, в угодность только новому учению, то, что они суть тело. Если к этому нельзя прибавить еще четвертого предположения, то следовало бы потом умствовать так: ни первого, ни второго сказать нельзя, следовательно, остается верным третье.
Новое учение не сделало этого, стало быть оно не хотело подчиниться игу логических законов определенного течения мыслей и поступило самочинно и произвольно. Оттого и вывод, составляющий его основную мысль, есть вывод произвольный, не имеющий законного основания в приведенных фактах. Следовало ему наперед доказать, что невозможно согласиться ни на то, что ангелы – духи невещественные и бестелесные, принимают на себя тело, ни на то, что они, будучи внутренне духами, носят внешнее тонкое тело, способное делаться видимым и осязаемым: тогда, может быть, и вышло бы у него третье мнение. А то, прямо выведши такое третье мнение, оно погрешило против логики, и оставило мысль свою бездоказательною.
Можно бы поступить так только в том случае, если б неуместность первых двух способов объяснения ангелоявлений была сразу очевидна; а то очевидна только неуместность того вывода, который делается новым учением.
Сами посудите: если из того, что ангелы являлись телесно, заключитъ, что они суть тело, то необходимо будет заключить, что и Бог – тело, ибо и Бог являлся телесно. Таким образом, к Аврааму приходят три светлых юноши: один из них есть Господь, а другие два – ангелы; но видимость и все обстоятельства их явления одинаковы, – скажите же теперь: на каком основании вы станете заключать, что двое ангелов явившихся Аврааму, по тому самому, что явились телесно, суть – тело; а Господь вместе с ними, точно так же явившийся, как и они, не есть тело? Допустив одно, вы должны допустить и другое, т.е.: если ангелы – тело, то и Господь – тело. Если же этой последней мысли вы допустить никак не можете, то должны отказаться и от первого вывода и признать его неуместным. Я взял только этот один случай, но он не один, ибо Господь Бог являлся видимо неоднократно, с самого начала сотворения человека.
Бог дает заповеди первозданным, слышится ходящим в раю и произносит суд над согрешившими; обличает и осуждает Каина, дает повеления Ною, неоднократно является Аврааму, Исааку и Иакову, беседует с ними и действует видимо и осязаемо, является Моисею в Купине и посылает его вывести израильтян из Египта; на Синае словесно изрекает заповеди всему народу, перстом пишет десятословие на скрижалях и проч. В Ветхом Завете телесно являлись Бог-Отец и Бог-Сын; в Новом слышится глас Бога-Отца на Иордане, Фаворе и в храме, а Дух Святый является то в виде голубя, то в виде огненных языков... Видите, сколько в Писании Богоявлений!
Думаю, что не меньше ангелоявлений. Если станем философствовать так, как философствует новое учение, т.е. собрав все свидетельства Писания о богоявлениях, придем к заключению, что Св.Писание со всею очевидностью свидетельствует, что Бог есть тело тонкое, эфирное, огненное, да еще и положительное об этом изречение Писания приложим: "Бог наш есть огнь поядающий"(Евр.12.29).
Но против такого вывода весь свет восстанет в один голос, – и восстанет законно, и новое учение ни слова не посмеет сказать против него. Оно приобрело бы на это право, если б, отказавшись от своего умствования, созналось, что из явлений ангелов нельзя делать заключения о их телесности, без нарушения законных порядков умствования и без опасения дать иным головам повод по этому способу делать выводы о телесности Божеской, которым громогласно перечат и ум и сердце.
После этого очевидно само собою, что и все другие выводы, какие делает новое учение из приводимых им мест Писания об анегоявлениях, оказываются неуместными.
"Св.Писание, – рассуждает новое учение, со всею очевидностью свидетельствует, что духи имеют движение, подобное человеческому". Когда духи являются в образе человека, тогда и движение являют подобное человеческому. Но и сами в себе, в своей бестелесности, они могут иметь движение, ибо суть действительные существа, существующие среди других тварей и одаренные способностью действовать среди них, а следовательно, и двигаться.
Действительное существование и действительное свидетельство о своем существовании посредством действия и движения, не приводит неотложно к мысли, что существо, являющееся таковым, есть тело. Так умозаключать никакого нет основания. Подобно человекам движутся и действуют ангелы, являются в образе человеческом, а пребывая в себе, в своей сфере, они, конечно, и движутся особенным образом.
"Св.Писание, – говорит автор, – свидетельствует, что они находятся в зависимости от места и времени, но гораздо в меньшей степени, нежели мы".
От времени зависят никак не меньше; относительно же места, надо сказать – не гораздо меньше, а совсем иначе, нежели мы и всякое тело. Они существуют и действуют в известном месте, и когда существуют и действуют в одном месте, то нет их в другом. Но бывают в месте, не наполняя места, подобно телам, ибо не имеют протяжения, а следовательно, и пространственных измерений. Они бывают в месте духовно, как поясняет св.Дамаскин: "будучи умами, ангелы и существуют в местах мысленных, не ограничиваясь телесно, ибо по естеству не облечены плотью и не имеют протяжения, но духовно присутствуют и действуют там, где им поведено" (Излож. веры кн.II, гл. 3).
Св.Писание свидетельствует, что они имеют образ и вид.
Образ и вид, в каком являются, а не какой имеют сами в себе. Сами в себе они имеют образ и вид духовный, умственный, который состоит не в каких-либо внешних очертаниях, а в соотношениях духовных сил и в образе их деиствовования. В этом смысле само Верховное Существо имеет свой образ и Единородный Сын Божий есть образ Ипостаси Отчей.
Но, имея сей духовный образ и вид, они по естеству своему не имеют вида и образа телесного, подобного виду и образу человека, и лишь когда являются, бывают видимыми в образе человеческом. Вот об этом-то и свидетельствует Писание, а не об образе их существа. Заключение на основании сих случаев о человекоподобной телесности ангелов совершенно незаконно, как незаконно вообще из явления ангелов заключать, что они суть тело.
Сделаю еще одно замечание о приводимых автором местах Св.Писания. Он приводит следующее: ангелы на небесах выну видят лице Отца Моего небесного. Это затем, чтобы показать, что у ангелов, по свидетельству Слова Божия, есть свое место жительства. Что должно думать о месте ангельском – сказал нам св.Дамаскин, но как ангелы видят лицо Божие?
По новому учению у ангелов, как и у души, есть глаза, лицо, руки и прочие члены. Так как существо ангелов по новому учению есть тело, то, кроме телесных глаз, у них нельзя предполагать ничего другого, например, ока ума и умного зрения. Следовательно, когда ангелы видят лицо Отца небесного, то видят не иным чем, как телесными очами. Мы объясняем это видение умным зрением, – говорим, что ангелы видят лицо отца небесного духовно, умно, созерцают Его, ибо суть духи умные, невещественные, а новое учение этого не может сказать, ибо у него самое естество ангелов есть тело, хотя тонкое, у которого умных очей быть не может.
Смотрите же, что отсюда выходит. Ангелы по естеству сущие телом видят, конечно, телесными очами. Так как телесными очами можно видеть только телесное, то следует, что и Отец небесный имеет лицо телесное, или есть тело, как есть тело ангел, видящий Его. Это заключение выходит прямо из положений нового учения и отказаться от него оно не может. Остается только приложить нередко употребляющийся в математике оборот: нелепо положение, когда нелепо следствие, которое из него вытекает; нелепо думать, что естество ангелов – тело с головою, лицом, глазами и прочими членами, какие обычно видим у человека, когда это приводит к нелепой мысли о Боге.
Также приведено место о вторичном возвращении нечистого духа в невнимательную душу с семью другими духами злейшими. Во-первых, это место, равно как и то, где говорится о легионе духов, вшедших в одного человека, весьма трудно к уразумению. Из того же, о чем трудно составить определенную мысль, как выводить что-либо определенное? Во-вторых, если уже выводить что отсюда, то надо вывести мысль совсем противную той, какую хочет видеть новое учение. Не то отсюда следует, что ангелы зависимы от места, а то, что, должно быть, они совершенно независимы от него, ибо как быть семи духам или целому легиону в человеке? Иначе нельзя как так: быть, не занимая места, как прежде замечено нами об отношении ангелов к месту.
Таким образом очевидно, что ангелоявления не дают прочной опоры новому учению. Посмотрим теперь, умело ли оно отстранит возможность чистым духам временно принимать тонкие тела.
"Западный писатель говорит, что духи облекаются в тонкие тела, когда являются человекам. Этого в Писании нигде не видно".
В Писании ясно видно, что ангелы суть силы разумные, духи невещественные и что они являются людям в человеческом образе. Рассуждающему об этом естественно спросить: откуда берется сей образ, видимый и осязаемый, и потом взять у св.Отцев одно из решений его, наиболее общее и наиболее сообразное с существом дела, именно то, против которого говорит теперь новое учение. Что Писание о нем не говорит, из этого нельзя выводить ни за, ни против. Само учение это сказало, начиная приводить места Писания, что в нем нет полного учения о духах; стало быть и ожидать нечего от него решения всех вопросов. Писание вообще говорит о небе и небесном с той наиболее стороны, с которой оно может назидать; вопрос же о естестве более созерцательный; потому-то он и оставлен не со всех сторон раскрытым.
"Не видно (в Писании) и того, чтоб ангелы изменялись при явлении человекам".
Разуметь ли под словом изменялись то, что ангелы временно принимают на себя тело, или то, что, постоянно будучи облечены тонким телом, они огрубляют его, являясь человекам, – ни о том, ни о другом не говорит Писание, оставляя на свободу нам самим решать сей вопрос. Молчание не есть ни утверждение, ни отрицание, и из того, что Писание не говорит об изменениях, какие бывают у ангелов, когда принимают они тела, не следует заключать, чтобы подобного изменения не было. Св.Иоанн Дамаскин говорит об этом в противность новому учению так: "Когда ангелы по воле Божией являются достойным, то являются не такими, каковы сами по себе, но в некоем преобразованном виде, так что видящие могут их видеть" ( Изл.веры, кн.II, гл. 3).
Так прежде его объясняли ангелоявления св.Златоуст и блаженный Феодорит, как мы видели.
"Писание говорит, что Бог отверзает очи человека, когда Ему угодно бывает допустить человека до видения ангелов".
Первый вопрос относительно видения ангелов, как являются они, св.Отцы наибольшею частью решали так: принимают временно на себя тело и видимы бывают; и весьма немногие решали его тем, что ангелы имеют постоянно тело естественное, которое, изменяясь, становится видимым. Остается решить второй вопрос: как люди видят ангелов? Брошюры решают его так: "Бог открывает очи их, и видят". Решение узко и не обнимает всех случаев. Лучше решить сообразно с тем, как говорится об этом в Слове Божием. Обыкновенно в Писании говорится: "такой то, или такая то увидели св.ангела", и в весьма редких случаях упоминается, что Бог открывал очи, и видели. Так и решим, что обыкновенный порядок видения ангелов при ангелоявлениях есть тот, что по снисхождению Божию к человеку, они до того отелесяются, что бывают видимы, как все другие видимые предметы; в особенных же чрезвычайных случаях ангелоявлений Бог особенным действием открывает очи людей, потому более, что Он же в иных случаях и удерживает очи людей от видения. Принять же исключительно один последний способ ангеловидения и простирать его на все случаи никак нельзя. Содомляне, например, видели ангелов: неужели можно думать, что Бог открыл им очи, когда это видение было им не на созидание? Равно трудно согласиться, чтобы таким же образом видны были ангелы, когда их видело множество людей и добрых, и злых, и верных, и неверных, как было, например, в отношении к ангелу, руководившему Товию. Но еще несообразнее приложить этот же способ к видению нечистых духов. Природа у них и по падении осталась ангельская, невидимая в естественном порядке их бытия: ужели же, чтоб и их видеть, отверзает Бог очи видящих? Быть не может! В каких страшных и безобразных видах они являются! И Бог станет открывать очи, чтоб видеть эти страшилища?!.
Нет, им положен запрет, чтобы они не смели являться и возмущать покой людей. Уж это по особому попущению Божию бывает; что они являются; и когда являются, видимы бывают натурально. Но если для видения их не открывает Бог очи у людей, а они сами являются и становятся видимыми естественно: то для чего же в отношении к ним одним мы допустим такую привилегию?
Далее, новое учение говорит о нечистых духах, что они по лицемерству злобе и лукавству, принимают разные ложные виды, имея на то способность естественную. Как было натурально после сего протянуть немного рассуждение и сказать, что, если духи нечистые по естественной способности принимают разные виды без особого участия высшей силы, то и видят их люди по естественной способности, без особого действия Божия, а потом прибавить: если этот способ видения духов допустить в отношении к духам нечистым, почему не допустить его в отношении к ангелам?
"Западному писателю, – говорится далее, взойти бы в рассуждение, где хранятся тонкие тела, в которые облекаются духи для явления человекам, когда в этих телах не имеется нужды, потому что по мнению его духи облекаются в тонкие тела только тогда, когда им предстоит явиться человекам".
В рассуждение об этом должен войти не один западный писатель, но и все те, кои признают духов бестелесными. Берусь ответить за себя, а пожалуй, и за них, если им угодно будет согласиться со мною. Спрашивается: где хранятся тонкие тела, в которые облекаются духи, являясь людям? Отвечаю: там же, где хранилось тело Господа, в котором Он явился Аврааму, в котором боролся с Иаковом, в котором видим был в раю и проч. Во всех сих и подобных случаях Он принимал тело на время, следовательно, где-нибудь его брал. Таким образом, где брал тело Господь, там берут его и духи, и где хранились те Господни тела, там хранятся тела и духов.
Скажут на это: так ведь то Господь, – повелит, и соберутся вокруг Него стихии и образуют тело; повелит снова – стихии разрешатся и не станет тела.
Но Тот же Господь, сотворивший духов по образу и подобию Своему, мог даровать и им способность собирать вокруг себя стихии и облекаться в видимое тело, когда это бывает нужно для исполнения Святой Его воли. Я не вижу туг ничего невозможного. Не невозможно это со стороны Бога: Он готов даровать твари всякое благо, которое она способна вместить. Спрашивается: может ли дух вместить такую способность? Отвечаю: может, ибо он есть сила, действительно существующая среди других тварей, и сила высшая всего вещественного, сколько бы сильным и мощным оно ни являлось. Высшее же по естеству может натурально господствовать над естествами низшими, и низшие естества должны естественно покорствовать и подчиняться высшим.
Так я полагаю, что духам бесплотным Бог даровал способность привлекать к себе, когда это требуется, известные стихии и образовывать из них вокруг себя известную оболочку и потом, когда минуется надобность, отрешать их от себя и возвращать в первое состояние. Таким способом ангелы образуют себе как тело в виде человеческого, в котором обыкновенно являются, так и одежду и все, с чем являются; и таким же способом все это опять разлагается на свои стихии. И мне кажется, что этот способ объяснения есть самый простой и натуральный, а главное – обнимающий все случаи ангелоявлений.
Возьмите магнит и поместите его среди опилок железных – они тотчас привлекутся к нему и облепят его со всех сторон. Парализуйте каким-либо способом силу магнита – опилки все отпадут, и магнит останется голым.
Точно так же и у духов есть естественная способность привлекать и отрешать стихии, с той только разницей, что то, что в магните действует механически, у духов совершается в подчинении свободе и разуму. Душа наша, как учит св.Григорий Нисский, сама образует себе тело. Но этот процесс образования очень длинен, и притом душа, образовавши себе тело, не имеет свободы по желанию разрешить его. Духи же высшие и образуют себе тела, и разрешают их свободно, и притом по своему желанию или Божию изволению. Еще: душа наша во сне, а иногда и наяву, воображает себя в разных состояниях и видах. Переношу это на духов и говорю: что душа может воображать только, то дух высший может производить, конечно, по условиям своего высшего духовного образа существования и действования и в подчинении правящему Верховному Существу.
Так объясняю я, откуда берут и куда девают ангелы тела свои, в которых являются. Теперь, в свою очередь, и я позволяю себе спросить новое учение: ангелы по естеству – тело, но принадлежности их явления; разная одежда, разные орудия – меч, например, или жезл, также разные возрасты, вид юноши, мужа и проч. – не принадлежат, конечно, к естеству, откуда же все это? Пусть объясняет, как умеет, только наперед одного не могу допустить, именно, что ангелы чувственно живут, имеют чувственные жилища, чувственно одеваются, питаются, взаимно обращаются, хотя эта чувственность признается самою тонкою. Это, по-моему, грубо, и при всей допускаемой утонченности, недостойно ни Бога, ни ангелов.
Вот все, что можно сказать о местах Писания, приводимых брошюрами в подтверждение своего мнения о телесности ангельского естества. Ясно, что они ничем из Писания не доказали, чтобы ангел был тело; напротив, почти из всего приведенного ими мы имеем законное основание выводить совершенно противоположное заключение.
Между тем те места Писания, коими доказывается духовность души и ангела, и которые приведены нами выше, стоят в своей силе, ибо брошюры оставили их неприкосновенными. Отсюда само собою следует, что общее положение нового учения, будто в совокупности тварей нет духов, опровергается Словом Божиим самым очевидным и убедительным образом.
Сделаю однако об этом одно общее наведение. Новое учение полагает, что только один Бог есть дух, а все твари суть тело. Из Писания же доказывается, что, кроме Духа – Бога, должны быть духи и твари, ибо в Евангелии от Иоанна говорит Господь: "Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине"(4. 24). Скажите, как кланяться духом, когда между тварями нет духа? Чтобы кланяться духом, надо иметь естество духовное, ибо иначе, как будет тело кланяться духом? Итак, по требованию Слова Божия, заключаю, что между тварями Божиими должны быть духовные существа подобные Богу по духовности.
Но когда таким образом доказано, что слово дух в отношении к тварям в одном месте Писания означает духовность богоподобную; то мы не имеем никакого основания иначе толковать слово это, когда оно прилагается к ангелам и душам в других местах Писания и разуметь под ним какое-то тончайшее эфирное тело. Так, когда говорится об ангелах: служебные духи, никто не имеет права разуметь под этими словами иное что, кроме богоподобной духовности.
Этим замечанием и окончим разбор свидетельств Писания о естестве ангелов и души.

 

Календарь

<Сентябрь 2011>
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
121314151718
19202122232425
2627282930