Главная > Творения святых отцов > Собрание писем старца Амвросия к монашествующим > Избранные Наставления Старца Амвросия

Избранные Наставления Старца Амвросия


Содержание: Как жить. О том, сколько мы заботимся о теле и сколько о душе.  О спасении.  О смирении. О неверии. О покаянии. О страданиях. О любви. О милостыни. О лености и унынии. О терпении. О раздражительности. О зависти и злопамятности. О гордости. О смысле искушений. О смысле и необходимости поста. О молитве. О прогрессе внешнем и нравственном.


Как жить
“Как жить?” — слышался старцу со всех сторон этот весьма важный вопрос. Он по своему обыкновению отвечал в шутливом тоне: “Жить — не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем мое почтение.” Такой тон старцевой речи вызвал часто улыбку на уста легкомысленных слушателей. Но если серьезно вникнуть в это  наставление, то каждый увидит в нем глубокий смысл. — “Не тужить,” т.е. чтобы сердце не увлекалось неизбежными для человека скорбями и неудачами, а было направлено к Единому Источнику вечной сладости — Богу; через что человек мирится со скорбями или “смиряется,” и этим успокаивается. — “Не осуждать,” “не досаждать.”  Самые обычные между людьми осуждения и досаждения есть исчадия  погибельной гордости. Их одних достаточно к тому, чтобы низвести душу человека на дно адово; а внешне они большей частью и за грех не считаются. — “Всем мое почтение” — указывает на заповедь Апостола: “в  почтительности друг друга предупреждайте” (Рим. 12:10). Сводя все эти мысли к одной общей, мы видим что  в вышеприведенном изречении проповедовалось Старцем главным образом смирение, — эта основа духовной жизни, источник всех добродетелей, без которого не возможно спастись.


О том, сколько мы заботимся
о теле, и сколько о душе
В Евангелии сказано: “Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душу свою потеряет” (Марк 8:З6). Вот как драгоценна душа человеческая! Она дороже всего мира, со всеми его сокровищами и благами. Но страшно подумать, как мало понимаем мы достоинство души своей. На тело, это жилище червей, этот поваленный гроб, обращаются все наши мысли от утра до вечера, а на бессмертную душу, на драгоценнейшее и любимейшее творение Божие, на образ Его славы и величия едва обращается одна мысль во всю неделю. Служению тела посвящаются самые цветущие годы нашей жизни, а вечному спасению души только последние минуты дряхлой старости. Тело ежедневно упивается, как на пиру богача, полными чашами и роскошными блюдами, а душа едва собирает крохи божественного слова на пороге дома Божия. Ничтожное тело омывают, одевают, чистят, украшают всеми сокровищами природы и искусства, а дорогая душа, невеста Иисуса Христа, наследница неба, бродит шагом изнуренным, облеченная в одежду убогого странника, не имея милостыни.
Тело не терпит ни одного пятна на лице, никакой нечистоты на руках, никакой заплаты на одежде, а душа от главы до ног, покрытая сквернами, только и дела, что переходит из одной греховной тины в другую, и своей ежегодной, но часто лицемерной исповедью, только умножает заплаты на одежде своей, а не обновляет ее. Для благосостояния тела требуются разного рода забавы и удовольствия; оно истощает нередко целые семейства, для него люди готовы иногда на труды всякого рода, а бедная душа едва имеет один час в воскресные дни для служения божественной литургии, едва несколько минут для утренней и вечерней молитв, насилу собирает одну горсть медных монет для подаяния милостыни, и довольна бывает, когда выразит холодным вздохом памятование о смерти. Для здравия и сохранения тела переменяют воздух и жилище, призывают искуснейших и отдаленнейших врачей, воздерживаются от пищи и пития, принимают самые горькие лекарства, позволяют себя и жечь и резать, а для здравия души, для избежания соблазнов, для удаления от греховной заразы не делают ни одного шага, но остаются в том же самом воздухе, в том же самом недобром обществе, в том же самом порочном доме, и не ищут никакого врача душ, или избирают врача незнакомого и неопытного, и скрывают пред ним то, что известно уже и небу и аду, и чем они сами хвастают в обществах. Когда умирает тело, тогда слышится скорбь и отчаяние, а когда умирает душа от смертного греха, тогда часто и не думают об этом.
Так мы не знаем достоинства души своей, и подобно Адаму и Еве, отдаем свою душу за красный по виду плод.
Почему же мы, по крайней мере, не плачем подобно Адаму и Еве? У нас же большею частью забота о стяжании благ, только, к сожалению, часто земных и временных, а не небесных. Забываем мы, что земные блага скоропреходящи и неудержимы, тогда как блага небесные вечны, бесконечны и неотъемлемы.
Всеблагий Господи! Помоги нам презирать все скоропреходящее, и заботиться о едином на потребу спасении душ наших.

О спасении
Пока христианин живет на земле, спасение его, по слову преподобного Петра Дамаскина, находится между страхом и надеждой, а люди все ищут полного удовлетворения на земле, и притом от места и от людей, тогда как сам Господь глаголет в Евангелии: “В мире скорбны будете.” Слова эти ясно показывают, что в каком бы месте христианин ни жил, без какой-либо скорби быть не может. Только одно успокоение — в исполнении заповедей Евангельских, как сказано в псалмах: “Мир многий любящим закон Твой и нет им соблазна.” Если же что-либо или кто-либо нас соблазняет или смущает, то явно показывается, что мы не вполне правильно относимся к закону заповедей Божиих, из которых главная заповедь никого не судить и не осуждать. Каждый бо от своих дел прославится или постыдится на страшном суде Божием. И еще в Ветхом завете предписано было внимать себе и своему спасению и исправлению собственной души. Об этом и следует нам более всего заботиться.
Нигде Господь не хочет неволею понуждать человека, а везде представляет благому нашему произволению, и по собственной воле люди бывают или добры или злы. Поэтому напрасно будем обвинять, что будто бы живущие с нами и окружающие нас мешают и препятствуют нашему спасению или совершенству духовному. Самуил жил и воспитывался у Илии священника, при развратных его сыновьях и сохранил себя, и был великим пророком. Ева и в раю преступила заповедь Божию. А Иуду, и трехлетняя жизнь пред лицом Самого Спасителя, не сделала лучшим, когда он видел столько чудес, постоянно слышал Евангельскую проповедь, а сделался еще худшим, продал Учителя своего и Избавителя мира за тридцать серебреников.
Неудовлетворительность наша душевная и духовная происходит от нас самих, от нашего неумения и от неправильно составленного мнения, с которым никак не хотим расстаться. А оно то и наводит на нас и смущение и сомнение и разное недоумение; а все это нас томит и отягощает и приводит в безотрадное состояние. Хорошо было бы, если бы мы могли понять простое святоотеческое слово: “Если смиримся, то на всяком месте обретем покой, не обходя умом многие иные места, на которых может быть с нами то же, если не худшее.”

О смирении
Смиряться нужно перед всеми, и считать себя хуже всех. Если мы не совершили преступлений, какие совершили другие, то это может быть потому, что не имели к тому случая, обстановка и обстоятельства были другие. Во всяком человеке есть что-нибудь хорошее и доброе, мы же обыкновенно видим в людях только пороки, а хорошего ничего не видим.
На вопрос, можно ли желать совершенствования в жизни духовной? Старец отвечает: “Не только можно желать, но и должно стараться совершенствоваться в смирении, т. е. в том, чтобы считать себя в чувстве сердца хуже и ниже всех людей и всякой твари. Человеку грешнику естественно и необходимо смиряться. Если же он не смирится, то смирят его обстоятельства, промыслительно устрояемые к его душевной пользе. В счастье он обыкновенно забывается, и все приписывает себе, своей бессильной силе и мнимой власти, но лишь посетит его какое-либо несчастье, просит пощады и у воображаемого врага.
Еще рассказывал Старец, как иногда нечаянно обстоятельства смиряют человека: “Раз кто-то устроил у себя обед, и разослал своих слуг приглашать гостей. Один из приглашенных и спрашивает присланного к нему неаккуратного слугу: “Неужели у твоего господина получше тебя никого не нашлось послать ко мне?” На это посланный отвечал: “Хороших-то по хорошим разослали, а меня послали к вашей милости.”
Говорил и еще Старец Амвросий в назидание своим ученикам о смирении: “Пришел было к настоятелю о. архимандриту Моисею один посетитель, но не застал его дома, он отправился к его родному брату о. игумену Антонию. Среди разговора гость и спросил о. игумена: “Скажите, батюшка, какого вы держитесь правила?” о. Антоний отвечал: “Много было у меня правил: жил я в пустыне и по монастырям, и все разные были правила, а теперь осталось одно мытарево: “Боже милостив буди мне грешному.”
При этом Батюшка еще рассказал, как “Одна все хотела странствовать туда и сюда, и в Киев и в Задонск, а старец один и говорит ей: “Все это тебе не на пользу, сиди-ка ты лучше и твори Мытареву молитву.”

О неверии
"Я говорила как-то Батюшке, пишет его духовная дочь, об одной семье, что мне всех их очень жаль, они ни во что не верят, ни в Бога, ни в будущую жизнь. Жаль именно потому, что они, может быть, и не виноваты в том сами, их воспитывали в таком неверии, или были другие какие причины. Батюшка закачал головой, и так гневно сказал: “Безбожникам нет оправдания. Ведь всем, всем решительно, и язычникам проповедуется Евангелие; наконец, по природе всем нам от рождения вложено чувство познания Бога, стало быть сами виноваты. Ты спрашиваешь, можно ли за таких молиться. Конечно, молиться за всех можно."
Некоторые, говорил еще Старец, отрекались от веры в Бога из подражания другим и по ложному стыду. И вот случай: один так-то не верил в Бога. А когда, во время войны на Кавказе, пришлось ему драться, он в самый разгар сражения, когда летели мимо него пули, пригнулся, обнял свою лошадь, и все время читал: “Пресвятая  Богородице, спаси нас.” А потом, когда, вспоминая об этом, товарищи смеялись над ним, он отрекся от своих слов. Затем Батюшка прибавил: “Да, лицемерие хуже неверия.”

О покаянии
Что бы дать надлежащее понятие о силе и важности покаяния, Старец Амвросий говорил: “Какое ныне настало время! Бывало если кто искренне раскается в грехах, то уже и переменяет свою греховную жизнь на добрую, а теперь часто бывает так: человек и расскажет на исповеди все свои грехи в подробности, но затем опять за свое принимается.”
Передавал еще Старец назидательный рассказ: “Сидел бес в образе человека, и болтал ногами. Видевший это духовными очами спросил его: “Что же ты ничего не делаешь?” бес отвечал: “Да мне ничего не остается делать, как только ногами болтать, люди все делают лучше меня.”
“Три степени для спасения. Сказано у св. Иоанна Златоуста: а) не грешить б) согрешивши каяться в) кто плохо кается, тому терпеть находящие скорби."
“Бывает, так говорил Батюшка, что хотя грехи наши через покаяние и прощаются нам, но совесть все не перестает упрекать нас. Покойный Старец о. Макарий для сравнения показывал иногда свой палец, который давно когда-то был порезан; боль давно прошла, а шрам остался. Так точно и после прощения грехов остаются шрамы, т. е. упреки совести.”
“Хотя Господь и прощает грехи кающимся, но всякий грех требует очистительного наказания. Например, благоразумному разбойнику сам Господь сказал: “Ныне же будешь со мной в раю,” а между тем после этих слов перебили ему голени, а каково было еще на одних руках, с перебитыми голенями, повисеть на кресте часа три? Значит ему нужно было страдание очистительное. Для грешников, которые умирают тотчас после покаяния, очищением служат молитвы Церкви и молящихся за них, а те, которые еще живы, сами должны очищаться исправлением жизни и милостынею, покрывающею грехи.”

О страданиях
“Креста для человека, т. е. очистительных страданий душевных и телесных, Бог не творит. И как не тяжек бывает у иного человека крест, который несет он в жизни, а все же дерево, из которого он сделан, всегда вырастает на почве его сердца.”
“Когда человек, говорил еще Старец, идет прямым путем, для него и креста нет. Но когда отступит от него, и начнет бросаться то в одну, то в другую сторону, вот тогда являются разные обстоятельства, которые и толкают его опять на прямой путь. Эти толчки и составляют для человека крест. Они бывают конечно разные, кому какие нужны.”
“Бывает крест мысленный, смущают иногда человека греховные помыслы, но человек не бывает в них виновен, если не соизволяет им. Говорил Старец пример: “Одна подвижница долгое время обуреваема была нечистыми помыслами. Когда явившийся ей Господь отогнал их от нее, она воззвала к Нему: “Где Ты был доселе, о сладкий Иисусе?” Господь ответил: “Был в твоем сердце.” Она же сказала: “Как же это могло быть? ведь сердце мое было исполнено нечистых помыслов.” И сказал ей Господь: “Потому разумей, что я был в твоем сердце, что ты никакого расположения не имела к нечистым мыслям, а более старалась избавиться от них, но не имея возможности, болезновала о сем, и этим уготовила мне место в сердце твоем.”
“Иногда посылаются человеку страдания безвинно для того, чтобы он, по примеру Христа, страдал за других. Сам Спаситель прежде пострадал за людей. Апостолы Его также мучились за Церковь и за людей. Иметь совершенную любовь и значит страдать за ближних.”

О любви
Любовь покрывает все. И если кто делает ближним добро по влечению сердца, а не движимый только долгом или корыстью, то такому дьявол мешать не может.
Любовь конечно выше всего. Если ты находишь, что в тебе нет любви, а желаешь ее иметь, то делай дела любви, хотя сначала без любви. Господь увидит твое желание и старание и вложит в сердце твое любовь. “Кто имеет дурное сердце, не должен отчаиваться, потому что с помощью Божией человек может исправить свое сердце. Нужно только внимательно следить за собою, и не упускать случая быть полезным ближним, часто открываться старцу и творить посильную милостыню. Этого конечно нельзя сделать вдруг, но Господь долготерпит. Он тогда только прекращает жизнь человека, когда видит его готовым к переходу в вечность, или же когда не видит никакой надежды на его исправление.

О милостыни
О милостыне Старец Амвросий говорил: “Св. Димитрий Ростовский пишет: если придет к тебе человек на коне, и будет просить, подай ему. Как он употребит твою милостыню, ты за это не отвечаешь.”
Еще: “Св. Иоанн Златоуст говорит: начни отдавать неимущим, что тебе не нужно, что у тебя валяется, потом будешь в состоянии давать больше и даже с лишением себя, и наконец уже готов будешь отдать и все, что имеешь.”

О лености и унынии
"Скука унынию внука, а лени дочь. Что бы отогнать ее прочь, в деле потрудись, в молитве не ленись; тогда и скука пройдет, и усердие придет. А если к сему терпения и смирения прибавишь, то от многих зол себя избавишь.”
“От чего люди грешат'?", задавал иногда Старец вопрос, и сам же решал его: “Или от того, что не знают, что должно делать и чего избегать; или если знают, то забывают; если же не забывают, то ленятся, унывают. Наоборот: так как люди очень ленивы к делам благочестия, то весьма часто забывают о своей главной обязанности, служить Богу. От лености же и забвения доходят до крайнего неразумия или неведения. Это три исполина: уныние или леность, забвение и неведение, от которых связан весь род человеческий нерешимыми узами. А затем уже следует нерадение со всем сонмищем злых страстей. Потому мы и молимся Царице Небесной: “Пресвятая Владычица моя Богородице, святыми твоими и всесильными мольбами отгони от меня смиренного и окаянного раба твоего лень, уныние, забвение, неразумие, нерадение, и все скверные, лукавые и хульные помышления.”

О терпении
"Когда тебе досаждают, никогда не спрашивай, зачем и почему. В Писании этого нигде нет. Там напротив сказано: “Если кто ударит тебя в десную ланиту, — правую щеку, обрати ему и другую. В десную ланиту в самом деле ударить не удобно, а это понимать нужно так: если кто будет на тебя клеветать, или безвинно чем- нибудь досаждать, это будет означать ударение в десную ланиту. Не ропщи, а перенеси удар этот терпеливо, подставь при сем левую ланиту, т. е. вспомнив свои неправые дела. И если может ты теперь невинен, то прежде много грешил; и тем убедишься, что достоин наказания. Самооправдание, большой грех.”
“Батюшка, научите меня терпению” — сказала одна сестра. “Учись, ответил Старец, и начинай с терпения находящих и встречающихся неприятностей.” — “Не могу понять, как можно не возмущаться обидами и несправедливостями.” Ответ Старца: “Будь сама справедлива, и не обижай никого.”

О раздражительности
"Никто не должен оправдывать свою раздражительность какой-нибудь болезнью, это происходит от гордости. А гнев мужа, по слову св. Апостола Иакова, правды Божией не соделывает. Чтобы не предаваться раздражительности и гневу, не должно торопиться.”

О зависти и злопамятности
Старец сказал: “Нужно заставлять себя, хотя и против воли, делать какое-нибудь добро врагам своим, а главное, не мстить им, и быть осторожным, чтобы как-нибудь не обидеть их видом презрения и уничижения.”
Одна особа спросила: “Мне непонятно, Батюшка, как это вы не только не гневаетесь на тех, кто о вас нехорошо говорит, но и продолжаете любить их.” Старец много этому смеялся, и сказал: “У тебя был маленький сын, сердилась ли ты на него, если он что и не так делал и говорил.” Не старалась ли напротив как-нибудь покрывать его недостатки?”

О гордости
Очень многим и гордиться-то вовсе нечем. По этому поводу Старец передавал такой рассказ: “Одна исповедница говорила духовнику, что она горда. "Чем же ты гордишься?" — спросил он ее, “Ты верно знатна?” — “Нет, ответила она.” — “Ну, талантлива?” — Нет. "Так стало быть богата?" Нет. "Гм... в таком случае можешь гордиться, сказал напоследок духовник.”
На вопрос: как это праведники, зная, что они хорошо живут по заповедям Божиим, не возносятся своею праведностью, Старец ответил: “Они не знают, какой ожидает их конец. Потому, прибавлял он, “Спасение наше должно совершаться между страхом и надеждою. Никому ни в коем случае не должно предаваться отчаянию, но не следует и надеяться чрезмерно.”

О смысле искушений
Свобода существ разумных всегда испытывалась и доселе испытывается, пока утвердится в добре. Потому что без испытания добро твердо не бывает. Всякий христианин чем-либо да испытывается: один бедностью, другой болезнью, третий разными нехорошими помыслами, четвертый каким-либо бедствием, или уничижением, а иной разными недоумениями. И этим испытывается твердость веры, и надежды, и любви Божией, т. е., к чему человек более склоняется, к чему более прилепляется, горе ли стремится, или еще пригвожден к земному. Чтобы человек-христианин через подобные испытания сам видел, в каком он находится положении и расположении и невольно смирялся. Потому что без смирения все дела наши суетны, как единогласно утверждают богомудрые и богоносные отцы.
Испытывалась свобода даже ангелов. А ежели небожители не избежали испытания, то кольми паче должна испытываться свобода и произволение живущих на земле.

О смысле и необходимости поста
О необходимости соблюдения постов мы можем видеть и в Евангелии и, во-первых, из примера Самого Господа, постившегося сорок дней в пустыне, хотя он был Бог, и не имел нужды в этом. Во-вторых, на вопрос учеников Своих, почему не могли изгнать беса из человека, Господь отвечал: “По неверию вашему;” а потом прибавил: “Сей род не может выйти иначе, как только от молитвы и поста” (Мр. 9:29). Кроме того есть в Евангелии указание и на то, что мы должны соблюдать пост в среду и пятницу. В среду Господь предан был на распятие, а в пятницу был распят.
Пища же скоромная не есть скверна. Она не оскверняет, а утучняет тело человека. А св. апостол Павел говорит: “Если и внешний наш человек тлеет, то внутренний обновляется со дня на день” (2 Кор. 4:16). Внешним человеком он назвал тело, а внутренним душу.
Всякое лишение и всякое понуждение ценится пред Богом, по сказанному в Евангелии: “Царствие Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его” (Мат. 11:12). И дерзновенно и самовольно нарушающие правило поста называются врагами креста, им же Бог чрево и слава в студе (стыде) их. И в псалмах сказано: “Заблудиша от чрева.” Разумеется, иное дело, если кто нарушает пост по болезни и немощи телесной. А здоровые от поста бывают здоровее и добрее, и сверх того долговечнее бывают, хотя на вид и тощими кажутся. При посте и воздержании и плоть не так бунтует, и сон не так одолевает, и пустых мыслей в голову меньше лезет, и охотнее духовные книги читаются и более понимаются.
И так, если по милости Божией у вас проявилось благое желание очиститься от внутренних пороков: то да будет вам известно, что, сей род ничем же не может быть изъят, как только усердною молитвою и постом, впрочем постом благоразумным. А то у нас тут был один пример неблагоразумного поста. Один помещик, проводивший жизнь в неге, захотел вдруг соблюсти суровый пост: велел себе во весь Великий пост толочь конопляное семя и ел его с квасом, и от такого крутого перехода от неги к посту, так испортил свой желудок, что доктора в продолжении целого года не могли поправить его. Впрочем есть и святоотеческое слово, что мы должны быть не убийцами тела, а убийцами страстей.

О молитве
Чтобы люди не оставались в беспечности, и не возлагали всю свою надежду на постороннюю молитвенную помощь, Старец повторял обычную народную поговорку: “Боже-то помоги, да и сам мужик не лежи.”
Одна монахиня сказала: “Батюшка! Через кого же нам просить молитвенной помощи как не через вас?' Старец ответил: “И сама проси!” Ты вспомни, двенадцать Апостолов просили Спасителя за жену Хананеянку, но Он не услышал их, а когда сама стала просить, упросила.”
Но так как молитва есть сильнейшее оружие против невидимого врага, то он и старается всячески отвлекать от нее человека. Передавал Старец такой рассказ: “На Афоне у одного монаха был скворец, говорун, которого монах очень любил, увлекаясь его разговорами. Но вот странно, лишь только монах начнет исполнять свое молитвенное правило, скворец тут и разговорится, и не дает молиться монаху. Раз на светлый праздник Воскресения Христова монах подошел к клетке и говорит: “Скворушка, Христос воскрес!”  А скворец отвечает: “Вот то-то и беда наша, что воскрес,” и тут же околел. А в келии монаха разлилось нестерпимое зловоние. Тогда понял монах свою ошибку, и раскаялся.”
Что Бог главнее всего смотрит на внутреннее молитвенное настроение души человека, Старец говорил: “Пришел как-то к о. Игумену Антонию один больной ногами и говорит: “Батюшка, у меня ноги болят, не могу класть поклоны, и это меня смущает. О. Антоний ответил ему: “Да уж в Писании сказано: “Сын, дай мне твое сердце,”  а не сказано — “ноги.”
Одна монахиня сказала Старцу, что видела во сне икону Божией Матери и услышала от нее: “Принеси жертву.” Батюшка спросил: “Что же ты принесла в жертву?” Та ответила: “Что же я принесу, у меня ничего нет.” Тогда Батюшка сказал: “В псалмах написано: жертва хвалы прославит мя.”

О прогрессе внешнем и нравственном
Одна из духовных дочерей Батюшки передала ему следующие вопросы ее сына: 1. “По Евангелию, общество людей перед концом мира представляется в самом ужасном виде. Этим отвергается возможность постоянного совершенствования человечества. Можно ли после этого трудиться на благо человечеству, будучи уверенным, что никакие средства не в состоянии в окончательном результате перед концом мира достигнуть возможного нравственного совершенства человечества. 2. Обязанность христианина, делать добро и стараться, чтобы это добро торжествовало над злом. При конце мира, в Евангелии говорится, зло восторжествует над добром. Каким же образом можно стараться о победе добра над злом, зная, что старания эти не увенчаются успехом, и что зло в конце концов восторжествует?”
Ответ Старца Амвросия: Скажите Вашему сыну: зло уже побеждено, побеждено не старанием и силами человеческими, а Самим Господом и Спасителем нашим, Сыном Божием Иисусом Христом, который ради сего, и сошел с неба на землю, воплотился, пострадал человечеством, и крестными Своими страданиями и воскресением сокрушил силу зла и злоначальника дьявола, владычествовавшего над родом человеческим, освободил нас от дьявольского и греховного рабства, как сам сказал: “Даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью, и ничто не повредит вам” (Лк. 10:19). Теперь всем верующим христианам дается в таинстве крещения сила попирать зло и творить добро, при посредстве исполнения Евангельских заповедей, и никто уже не бывает одержим злом насильно, кроме одних нерадивых о хранении Божиих заповедей, и преимущественно тех, кто добровольно предается грехам. Хотеть же своими силами побеждать зло, которое уже побеждено пришествием Спасителя, показывает непонимание христианских таинств православной Церкви, и обнаруживает признак горделивой самонадеянности человеческой, которая хочет все делать своими силами, не обращаясь к помощи Божией, тогда как сам Господь ясно говорит: “Без меня не можете делать ничего” (Иоан. 15:5).
Вы пишите: в Евангелии говорится, что при конце мира зло восторжествует над добром. В Евангелии этого нигде не сказано, а говорится только, что в последнее время умалится вера: “Но Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?” (Лк. 18:8) и “По причине умножения беззаконий, во многих охладеет любовь” (Мат. 24:12). А св. апостол Павел говорит, что перед вторым пришествием Спасители “Явится человек беззакония, сын погибели, противник и превозносящийся выше всего, называемого Богом или Святынею” (2 Фес. 2:3-7), т. е. антихрист. Но тут же сказано, что Господь Иисус убьет его духом уст Своих; и упразднит явлением пришествия Своего.. Где же тут торжество зла над добром? И вообще всякое торжество зла над добром бывает только мнимое, временное.
С другой стороны, несправедливо и то, будто человечество на земле постоянно совершенствуется. Прогресс или улучшение есть только во внешних человеческих делах, в удобстве жизни. Например, мы пользуемся железными дорогами и телеграфами, которых прежде не было: выкапывается каменный уголь, который скрывался в недрах земных, и т. д. В христианско-нравственном же отношении всеобщего прогресса нет. Во все времена были люди, которые достигали высокого нравственно-христианского совершенства, руководствуясь истинною верою Христовою, и следуя истинному христианскому учению, согласному с Откровением божественным, какое Бог в Церкви Своей являл через мужей Богодухновенных, пророков и апостолов. Такие люди будут и во время антихристово, которое их ради и сократится, по сказанному: “И если бы не сократились те дни, то не спаслась бы никакая плоть, но ради избранных сократятся те дни” (Мат. 24:22).
Нравственное совершенство на земле, несовершенное достигается не всем человечеством в совокупности, а каждым верующим в частности, по мере исполнения заповедей Божиих и по мере смирения. Конечное и совершенное совершенство достигается на небе, в будущей бесконечной жизни, к которой кратковременная земная жизнь человеческая служит лишь приготовлением, подобно тому, как годы проведенные юношею в учебном заведении, служат приготовлением к будущей практической деятельности. Если бы назначение человечества ограничивалось земным его существованием, если бы для человека все кончалось на земле: то почему же “Земля и все дела на ней сгорят” (2 Петр. 3:10). Без будущей блаженной, бесконечной жизни, земное наше пребывание было бы неполезно и непонятно.
Желание трудиться на благо человечества, весьма благовидное, но поставлено не на своем месте. Все хотят на словах трудиться на благо ближним и нисколько или весьма мало заботятся о том, что сначала нужно самим уклониться от зла, а потом уже заботиться о пользе ближних.
Широкие затеи молодого поколения о великой деятельности на пользу всего человечества похожи на то, как если бы кто, не кончив курса гимназии, много мечтал о себе, что он мог бы быть профессором и великим наставником в университете. Но с другой стороны думать. что если мы не можем двинуть вперед всего человечества, то вовсе не стоит трудиться — это лишь другая крайность. Каждый христианин обязан по силам своим и сообразно своему положению трудиться на пользу других, но с тем, чтобы все это было во время и в порядке, и чтобы успех наших трудов представлять Богу и Его святой воле.
В заключение скажу: посоветуйте вашему сыну, чтобы он не смешивал внешних человеческих дел с духовно-нравственными.  Во внешних изобретениях, отчасти в науках, пусть находит прогресс. А в христианско-нравственном отношении, повторяю, всеобщего прогресса в человечестве нет и быть не может. Каждый будет судим по делам своим.


***         ***          ***








Тропарь,
глас 5:

Яко к целебному источнику, притекаем к тебе,  Амвросие, отче наш! Ты бо на путь спасения нас верно наставляеши, молитвами от бед и напастей охраняеши, в телесных и душевных скорбех утешаеши, паче же смирению, терпению и любви научаеши. Моли усердно Человеколюбца Христа и Заступницу спастися душам нашим.

Кондак,
глас 2:

Завет Пастыреначальника исполнив, старчества благодать наследовал еси,  болезнуя сердцем о всех притекающих к тебе. Темже и мы чада твоя с любовию вопием ти: Отче святый Амвросие, моли Христа Бога  спастися душам нашим.

Молитва

О ВЕЛИКИЙ СТАРЧЕ и угодниче Божий, преподобне отче Амвросие,   Оптинской      обители похвало и всея Руси учителю благочестия! Желая поработати Господу, ты неленостно в трудех, в бдении, в молитвах и постах подвизался еси, и был еси наставник монашествующим и всем людям учитель возлюбленный.
Славим твое во Христе смиренное житие, ради которого Бог превознесе тя еще на земли суща, наипаче же увенча тя небесною славою в чертог славы вечныя.
Приими ныне моление нас, чтущих   тя, и буди непреложный покровитель наш. Избави нас от скорбных обстояний, душевных и телесных недугов, от лукавых и беспорядочных людей и от греховных падений. Отечеству нашему испроси мир, тишину, духовное обновление и непоколебимое благосостояние. Моли милостивого Господа, да ниспослет нам вся, яже на пользу и спасение душ наших, и да сподобит скончати житие наше в покаянии и соблюдении заповедей Его. В день же судный да удостоит нас деснаго предстояния и жизни вечной в Царствии славы Его. Аминь.

 

Календарь

<Сентябрь 2011>
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
67891011
12131415161718
19202122232425
2627282930