Главная > История Русской Церкви > Петр Знаменский. История Русской Церкви > Меры относительно усиления церковного благочиния и народной религиозности.

Меры относительно усиления церковного благочиния и народной религиозности.

Как и прежде, от духовного и светского правительства издавалось много распоряжений для поддержания благочиния в православном богослужении и возвышения общей народной религиозности.

При Петре вышло несколько строгих указов ο том, чтобы все православные неопустительно ходили к богослужению во все воскресные и праздничные дни, кроме больных, под опасением быть в противном случае записанными в двойной оклад с раскольниками, чтобы во время самого богослужения вели себя чинно, не разговаривали, не ходили по церкви прикладываться к иконам или мощам, не подавали просьб властям и т.п. С нарушителей благочиния велено брать штраф, не выходя из церкви, для чего на видных местах в церквах повешены были штрафные ящики. Распоряжения эти повторены были при имп. Елизавете. При Александре I в 1804 г. Св. Синод, по желанию государя, указал духовенству наблюдать всяческую чинность в богослужении, особенно при свадьбах и крестных ходах, не дозволять мирянам переходить в церкви с места на место, стоять в алтаре или на солее перед иконостасом и тем мешать священно служащим. B 1816 г. Высочайше повелено виновных даже в малейшем нарушении благочиния при богослужении, кто бы они ни были, предавать уголовному суду. B разное время подтверждались правила, запрещавшие нарушение святости воскресных и праздничных дней торговлей до окончания литургии, разными увеселениями во время церковных служб и общественными работами; при имп. Александре I губернским начальствам поручено было наблюдать, чтобы помещики не заставляли работать в такие дни своих крепостных крестьян. Каждогоднее исполнение христианского долга исповеди и св. причастия всеми православными, начиная с 7-летнего возраста, было постоянным требованием правительственных распоряжений; для наблюдения за этим при Петре заведены были в церквах исповедные росписи прихожан; виновные в неисполнении этого священного долга до трех раз подвергались штрафу (отмененному в 1801 году), потом предавались гражданскому суду и лишались прав на общественную службу. Все наши царственные особы старались сами подавать пример уважения к церковным установлениям и этим много сдерживали развитие в высших слоях общества разных противоцерковных веяний. Сам Петр Великий, заметно тронутый протестантскими идеями, больно поучил своей дубинкой Β. Η. Татищева, который, воротясь из-за границы, вздумал кощунствовать: "Не соблазняй-де верующих душ, не заводи вольнодумства, вредного общественному благоустройству; не затем я тебя выучил, чтобы ты был врагом общества и церкви." Не имея возможности со своим войском соблюдать посты, царь во избежание соблазна счел нужным выпросить на то разрешение от самого константинопольского патриарха. Β самый разгар немецкого господства в России имп. Анна оставалась на престоле представительницей настоящего русского благочестия, едва ли не такою же, какой была после нее имп. Елизавета; знаменитый московский Царь-колокол остался выразительным памятником этого благочестия Анны Иоанновны. Далее, в разгар пресловутого философского вольнодумства XVIII в., имп. Екатерина аккуратно выполняла все обязанности и обычаи православной церкви, хранила посты, говела и заставляла так же держаться свой двор. B XIX в. пора первого юношеского либерализма образованного общества стала проходить, и наступило время более благоприятного для церкви настроения. Только кое-где по барским усадьбам доживали свой век старые вольтерьянцы Екатерининского времени, наводя свои кощунничаньем ужас на жителей своих околотков. Благочестивое правительство старалось заглаживать вредные следы минувших общественных увлечений. Так, при Александре I для скрепления расшатанных в XVIII в. семейных связей вышли постановления, стеснявшие слишком частую практику разводов: в 1805 г. окончательное решение бракоразводных дел предоставлено вместо епархиальной власти Св. Синоду; в 1811 г. в производстве дел ο разводах по обвинению одного из супругов в прелюбодеянии указано не ограничиваться по-прежнему одним только признанием виновного, а брать в соображение и прочие обстоятельства, ведущие к раскрытию истины, между которыми главное место заняло показание свидетелей - очевидцев преступления; тогда же в 1819 г. вышло запрещение давать супругам акты для жительства врознь.
Β массе простого русского народа верность религиозным преданиям и нравам отцов и дедов сохранялась крепче и чище. Его религиозная жизнь и по своим достоинствам, и по недостаткам, мало изменилась против прежней допетровской жизни. Сообразно с новыми, более просвещенными религиозными понятиями, меры духовной и светской власти к возвышению народной религиозности и нравов более всего направлялись к смягчению старой обрядовой исключительности народного благочестия и истреблению народных суеверий. Реформа Петра выступила с самым резким обличением религиозного невежества народа, который, по выражению Духовного регламента, не в состоянии был "рассудить между десным и шуим." Обличениями подобного рода наполнены и тогдашние законодательные памятники, и церковная проповедь, и литература. Петр писал в своих указах, что народ не знает ни веры, ни любви, а ο надежде и не слыхивал, а всю надежду полагает на пение церковное, пост, поклоны, строение церквей, свечи и ладан, и неоднократно поручал Св. Синоду сочинить краткие книжки и поучения с изложением сущности веры и с точным при этом различением существенного в православии от несущественного, веры от обрядов, неизменного от изменяемого, дабы все знали, что в какой силе иметь. Такой цели удовлетворял по-своему букварь Ф. Прокоповича, горячо и с преувеличениями восстававший против казавшегося излишним почитания церковной внешности, и книжку эту в 1722 г. указано было читать по частям в церквах вместо уставных поучений. Духовные власти (Феодосий Яновский) издавали распоряжения ο свечах церковных "всуе жегомых," ο неупотреблении св. Таин "за лекарство аптекарское" и т.п. Сам Св. Синод по Духовному регламенту обязывался следить за подобными предметами и проявлениями обрядоверия и издал несколько распоряжений и увещаний, против, например, часовен, ношения по домам икон, против дорогих церковных колоколов, ο том, что в богатых ризах на иконы, в дорогих подсвечниках и лампадах "славе Божией и благочестию приплода никакого нет" и т.п. Истребление суеверий, к числу которых были относимы и все проявления обрядового благочестия, было, можно сказать, специальностью петровского времени и производилось с необычайной энергией и вместе крайней несдержанностью, производя сильный народный соблазн. Царь иногда сам публично раскрывал разные религиозные обманы, обнаруживал подделки в плачущих иконах, в ложных мощах, об одних таких мощах велел публиковать обличительное объявление в народе, обвинял в религиозных обманах духовенство и самих архиереев, преследовал разгласителей разных ложных чудес и пророчеств, указывал доносить ο них даже духовникам, если те признаются им в своем грехе на исповеди. Все власти и духовенство были призваны к преследованию юродивых, колдунов, народных пророков и т.п. людей. За разглашение чудес и видений назначено телесное наказание и ссылка на галеры с вырезанием ноздрей; кликуш велено пытать, пока не сознаются в обмане; колдуны и распространители суеверий, вредных государству, подвергались смертной казни. После Петра таким же преследованием суеверий отличалось время Анны Иоанновны; затем отношения к ним правительства становятся осторожнее и мягче. Указанные недостатки народной религиозности не исчезли и в философский век Екатерины. Сатирическая литература этого времени, бичуя суеверие, рисовала типы разных Ханжихиных, Чудихиных и Суеверовых из жизни не одного только простого народа, но и из жизни полуобразованного дворянства. Но законодательство прямо высказывалось против преследования суеверий суровыми мерами. Все виды суеверий, даже хулений против веры были изъяты из ведомства духовного суда и отнесены к ведомству полиции и светского суда, который ограничивался большей частью только внушениями виновным, чтобы они не распространяли глупостей и сами не верили в невозможное. К суровому обращению с ними судей правительство относилось весьма неодобрительно и строго. С духовенства, однако, не снята была обязанность противодействовать суевериям. Благочинническая инструкция митр. Платона почти дословно повторила ο суевериях разные пункты Духовного регламента. Духовенству запрещалось служить службы y неведомых гробов и не освидетельствованных чудотворных икон, разглашать чудеса, отчитывать бесноватых и прочее. Предметы суеверного чествования старались удалять с глаз народа и прятать. Церковная проповедь постоянно ратовала против суеверий. Из обличителей их особенно известны: св. Тихон, Амвросий Подобедов, Дамаскин Нижегородский и митр. Платон. С царствования Екатерины и особенно Александра I против недостатков народной религиозности лучшими мерами стали почитаться меры просветительные - проповедь, литература, народные школы. Те же просветительные меры господствуют и в наше время, развившее их в небывалых еще доселе размерах и, надобно надеяться, с более прежнего чистым характером, достойным вековой русской святыни - нашей веры православной.

 

Календарь

<Сентябрь 2011>
ПнВтСрЧтПтСбВс
   234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930